Диссонанс - Эрика О`Рурк

Лить слезы – пустое занятие. Оно не дает вам ровным счетом ничего – вы лишь напрасно расходуете энергию и время, которые лучше потратить на изучение ситуации и решение возникшей проблемы.

Поэтому я не стала плакать, когда Саймон высадил меня у дома и поцеловал на прощание, не сознавая, что его чувства по отношению ко мне были чувствами кого-то другого. Не заплакала я и тогда, когда отец вышел из своей спальни, чтобы узнать, как прошел вечер. Даже после того, как я поднялась в свою комнату, мне удалось сдержаться и не разрыдаться от понимания того, что мои одиночные Путешествия привели к гораздо большей беде, чем пророчила Адди.

Вместо этого я стиснула зубы и в конце концов заставила себя заснуть. Проснувшись на следующий день, обнаружила, что у меня болят нижняя челюсть и голова, и я по-прежнему не знаю, как быть с возникшей проблемой.

Но конечно, улеглась в постель я не сразу. До самого рассвета я прокручивала в памяти разные эпизоды общения с Саймоном, снова и снова приходя к одному и тому же выводу. Следовало признать очевидное – подлинный Саймон находился под влиянием своих отражений в других мирах. Более того, они определяли его поведение. Между тем он не являлся тем же Саймоном, что и они – он был другим человеком и никогда не сделал бы тот же выбор, что и они. В общем, сам он никогда не обратил бы на меня внимания. Основой для его поступков служили чужие воспоминания.

И все же настоящий Саймон понимал меня так, как никто другой, и видел во мне то, что другие не замечали. Поэтому я не была уверена, что смогу порвать с ним, даже зная правду. Да, конечно, скорее всего рано или поздно у него зародятся какие-то сомнения, которые разрушат все, что возникло между нами, но сейчас… я просто не могла все обрубить.

Но может быть, все же существовал шанс разделить Саймона и его отражения, избавить его от их влияния? Если да, то в этом случае можно было надеяться, что чувства Саймона ко мне окажутся достаточно сильными, чтобы наши отношения продолжились.

В глубине души я отчетливо понимала: Саймон связан с проблемами, возникшими в Главном Мире, причем гораздо теснее, чем я изначально предполагала. Очевидно, что если я хочу попробовать освободить его, мне одной это не под силу.

Элиот всегда вставал раньше меня. Но поскольку я почти не ложилась, подремав час после восхода солнца, мне удалось застать его спящим. В дверь дома, держа в руке чашку с кофе, я постучала в начале восьмого.

– Дэл! – воскликнула миссис Митчелл, обнимая меня. – Мои часы, наверное, отстают?

– Нет. Просто я сегодня ранняя пташка. А где Элиот?

Она покачала головой:

– Боюсь, он еще спит.

– Пойду его разбужу, – сказала я, поднимаясь по лестнице на второй этаж. Дойдя до двери комнаты Элиота, я с ходу распахнула ее. – Эй, вундеркинд, вставай! У нас проблема.

Элиот зашевелился под одеялом.

– Эй! – Я пересекла комнату и несколько раз ткнула его кулаком. – Поднимайся!

– Еще пять минут, – сонно пробормотал он и натянул одеяло на голову.

– Я не твоя мама, – сказала я, ставя чашку на прикроватную тумбочку. – Так что надеюсь, что ты в пижаме.

С этими словами я одним движением сорвала с Элиота одеяло и бросила его на пол.

– О, черт… Господи, как холодно, – заныл он.

– Рада, что ты спишь не голышом. Я так и думала, что ты будешь в трусах-боксерах.

На Элиоте в самом деле были темно-синие трусы в виде шортов, резинка которых сползла так низко, что мне пришлось отвернуться.

– Дэл! – воскликнул Элиот, который только сейчас по-настоящему проснулся. – Ты что здесь делаешь?

– Жду, пока ты наденешь какие-нибудь штаны, – ответила я, продолжая смотреть в сторону, пока Элиот рылся в платяном шкафу. – Ну что, я могу повернуться?

– Сейчас всего десять минут восьмого. Почему ты уже на ногах? – Он натянул спортивные штаны, но все еще оставался без рубашки или футболки.

– У нас возникла проблема.

Взяв мою чашку с кофе, Элиот одним глотком опустошил ее до половины.

– Ну, говори, что ты на этот раз натворила. Хотя погоди. – Элиот плотно закрыл дверь комнаты и сел на стул, стоявший около письменного стола. – Так. Рассказывай.

– Что тебе известно про СРП?

– Синаптический резонансный перенос? – Элиот откинул голову назад и, глядя в потолок, пробубнил, словно цитируя учебник: – Часто встречающееся явление. Безвредное. Затрагивает как обитателей Главного Мира, так и их отражения в параллельных мирах.

– А как насчет особых случаев? По-настоящему экстремальных? Может ли человек-Оригинал обмениваться со своим отражением мыслями, воспоминаниями? В реальном времени переживать те же ощущения, что и его эхо?

– СРП такой силы возможен при серьезных психических заболеваниях. Например, шизофрении или каком-нибудь остром психозе. Но поскольку отражений бесчисленное множество, от такого обилия воспоминаний у Оригинала предохранители в мозгу сгорят.

Память Саймона, однако, впитывала воспоминания не всех отражений, а лишь тех, которые встречались со мной.